Пора прекратить эксперименты с ветеринарной службой.

19 Июля 2019, 9:37

Сложившаяся обстановка на сегодняшний день свидетельствует о глубоком кризисе в организации ветеринарного обслуживания животноводства страны.

Это подтверждается заносом извне и широким распространением таких массовых болезней, как африканская чума свиней, нодулярный дерматит, грипп птиц, оспа овец, блутанг и т.д. Только африканская чума свиней, по данным Россельхознадзора, нанесла ущерб более 5 млрд. рублей.

Одной из основных причин такого положения является несовершенство созданной в России структуры государственной ветеринарной службы.

В связи с этим Президент России В.В. Путин в марте 2018 года дал поручение принять меры по совершенствованию ветеринарного дела в стране.

В мировой практике сложилось несколько принципиальных подходов к организации структуры государственной ветеринарной службы.

Один из них - это создание надзорного органа государственной ветеринарной службы, который осуществляет только надзор за выполнением законодательных актов в области ветеринарии, но не отвечает за организацию и проведение мероприятий по профилактике и ликвидации болезней животных, их лечение, охрану населения от болезней, общих для человека и животных. При этом ответственность за состояние ветеринарного обслуживания возлагается на руководство административных территорий и владельцев животных.

Такой принцип организации государственной ветеринарной службы, вероятно, приемлем для государств с устойчивым ростом экономики, самодостаточными в финансовом плане административными территориями, обеспеченными профессионально подготовленными кадрами для ведения животноводства.

Другой принцип организации государственной ветеринарной службы заключается в создании единого органа и вертикали управления ветеринарной службы на всех уровнях административного деления.

Главной задачей такой службы (в отличие от надзорной) является постоянное совершенствование ветеринарного дела в стране, организация и осуществление мер по профилактике и ликвидации массовых болезней животных, охрана населения от болезней, общих для человека и животных, оказание постоянной помощи фермерам в сохранении поголовья скота, повышении продуктивности, в производстве безопасных продуктов животноводства.

Руководители ветеринарных служб на всех уровнях административного деления несут ответственность за состояние ветеринарного обслуживания.

Именно такая структура организации государственной ветеринарной службы существовала в России с 1868 года до начала реформы (2002 – 2004 годы) и обеспечивала ликвидацию многих массовых болезней животных в стране.

После распада СССР «Закон о ветеринарии» 1993 года в целом сохранил эту структуру, благодаря чему даже в «лихие 90-е годы» практически не было заноса массовых болезней животных на территорию страны, и ежегодно сокращалось количество неблагополучных пунктов по хроническим болезням животных.

Несмотря на это, в 2002 году Министерство сельского хозяйства, вероятно, по рекомендации зарубежных советников, проявило инициативу и приступило к реформированию государственной ветеринарной службы. Был подготовлен проект постановления Правительства с просьбой о безвозмездной передаче федеральной собственности государственной ветеринарной службы в собственность субъектов Российской Федерации.

Правительство отклонило эту просьбу, так как она противоречит существующему законодательству и, вообще, вопрос о передаче собственности находится в компетенции Министерства имущества.

Тем не менее, передача состоялась, в результате, в соответствии с Законом о федеральном бюджете финансирование государственных учреждений ветеринарии из федерального бюджета было прекращено.

Это явилось ключевым моментом в разрушении существовавшей структуры государственной ветеринарной службы, так как была разрушена вертикаль ее управления.

В дальнейшем, в ходе реформы 2004 года вместо единого органа управления на федеральном уровне были созданы два, не подчиненные и дублирующие друг друга - Департамент ветеринарии Минсельхоза России и Россельхознадзор, а на уровне субъектов - управления ветеринарии и территориальные органы Россельхознадзора.

В результате реформы в стране были организованы две государственные службы, не подчиненные между собой.

В крайне сложном положении оказалась государственная ветеринарная служба субъектов, на которую возложена основная работа по организации выполнения ветеринарного законодательства. Ее финансирование, особенно в дотационных субъектах, в большинстве случаев осуществляется по остаточному принципу, что сказывается на уровне заработной платы специалистов, обеспечении транспортом, оргтехникой и в приобретении дорогостоящего лабораторного оборудования.

Нередко структура ветеринарных учреждений службы подвергается необоснованным сокращениям и реформированию.

Катастрофой для эффективной работы службы стало изъятие у руководителей ветеринарных служб районов функции главного государственного ветеринарного инспектора. Эта функция давала право беспрепятственно посещать поднадзорные объекты и давать обязательные для исполнения указания, при этом на него возлагалась полная ответственность за состояние ветеринарного обслуживания в районе.

В результате государство потеряло ветеринарный контроль на территориях, где размещены животноводческие хозяйства, предприятия по убою и переработке животноводческой продукции, ее хранению, перемещению и реализации.

Ликвидация единого органа и вертикали управления создала условия для разобщенности и невозможности принятия скоординированных мер по улучшению ветеринарно-санитарного состояния территорий. Не располагая централизованной информацией о научных достижениях и передовом опыте, региональные ветслужбы, практически, «варятся в собственном соку».

В более выгодном положении оказался Россельхознадзор, которому при формировании были предоставлены широкие права для надзора за объектами на всей территории страны, в его ведение были переданы лучшие ветеринарные лаборатории субъектов. Служба получает стабильное финансирование из федерального бюджета, позволяющее осуществлять капитальное строительство и ремонт, оснащать территориальные органы и подведомственные учреждения дорогостоящим оборудованием.

Однако, как показывает обстановка, ряд полномочий, возложенных на эту службу, выполняется далеко «не идеально», особенно это касается полномочий по охране страны от заноса массовых болезней извне. В результате, помимо огромного материального ущерба, поставлено под угрозу дальнейшее развитие экспорта животноводческой продукции.

Все это требует, учитывая поручение Президента страны, глубокого изучения причин, приведших к кризисному состоянию ветеринарной службы.

В настоящее время в соответствии с поручением Президента Правительство внесло на рассмотрение Государственной Думы проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам совершенствования осуществления федерального государственного надзора».

При анализе содержания пояснительной записки к этому законопроекту не представилось установить ни одного весомого аргумента для обоснования предложения ликвидации функции регионального государственного ветеринарного надзора и передачи ее в полном объеме в органы Россельхознадзора.

Так, в 1-м пункте пояснительной записки говорится, что «совмещение функции по оказанию платных услуг негативно сказывается на объективность результатов контрольно-надзорной деятельности».

Региональный государственный ветеринарный надзор в субъектах осуществляется на бесплатной основе инспекторами, которые находятся в прямом подчинении руководителя ветеринарной службы – главного государственного ветеринарного инспектора региона. Платные услуги в установленном порядке оказываются государственными учреждениями ветеринарии субъектов Российской Федерации, не имеющими никакого отношения к работе ветеринарных инспекторов.

Аналогичная ситуация и в Россельхознадзоре, где надзор осуществляется на бесплатной основе инспекторами, а платные услуги оказываются подведомственными Россельхознадзору учреждениями.

Возникает вопрос: почему Россельхознадзору можно совмещать надзор и платные услуги, а государственной ветеринарной службе субъектов нельзя?

В вышеуказанном пункте выдвигаются обвинения в сокрытии фактов очагов болезней. Такие факты имеют место, но, как правило, это происходит по вине владельцев животных, которые не сообщают о появлении болезни из-за боязни привлечения к ответственности или неполучения компенсации за уничтоженных животных. Но ведь прокурору не предъявляют обвинения в том, что имеются случаи хулиганства, воровства, казнокрадства и т.д., так почему за преступное сокрытие владельцами животных случаев болезней обвиняют ветеринарную службу?

Эти доводы не могут служить основанием для ликвидации регионального государственного ветеринарного надзора.

Во 2-м пункте записки названы объективные причины низкой эффективности деятельности государственной ветеринарной службы в субъектах:

- отсутствие централизованного контроля и единого регулирования их деятельности;

- отсутствие единообразия нормативно-правовых актов субъектов;

- уровень финансирования,

- разобщенность государственных ветеринарных служб в субъектах Федерации;

- невозможность координации мер по предотвращению распространения заразных болезней,

- деградация инфраструктуры ветеринарной службы и т.д.

Эти материалы в представленной записке о функциональном состоянии государственных ветеринарных служб в субъектах убедительно подтверждают несостоятельность и непродуманность проведенной реформы в 2004 году.

Такое состояние служб негативно сказывается на выполнении не только надзорных функций, но и других полномочий. В связи с этим точечное реформирование путем передачи отдельных функций от одной службы к другой не повысит эффективность ветеринарного обслуживания.

В 3-м пункте пояснительной записки отмечается, что «в ряде субъектов РФ, уполномоченные в области ветеринарии органы исполнительной власти субъектов лишены самостоятельности и входят в состав иных органов исполнительной власти субъектов, в связи, с чем ветеринарные службы не располагают независимостью в том объеме, который необходим».

Безусловно, этот факт влияет на эффективность работы ветеринарной службы, так как статус представителя администрации субъекта значительно расширяет возможность службы при исполнении своих полномочий.

К сожалению, порядок формирования структуры ветслужбы и ее управления в субъектах определен реформой 2004 года. Высшие исполнительные органы субъектов Российской Федерации имеют право единолично формировать структуру ветеринарных учреждений и порядок управления ими. То есть, срабатывает принцип «кто платит деньги, тот и музыку заказывает».

Ликвидация регионального государственного ветеринарного надзора не изменит порядок руководства ветеринарной службой субъектов и приведет к значительному снижению эффективности ее работы.

Проектом предусмотрено сокращение 1670 ветеринарных инспекторов государственной ветеринарной службы субъектов с увеличением штатной численности Россельхознадзора всего на 319 единиц, т.е. менее, чем 4 единицы на субъект.

Вызывает большое сомнение, что эта мера повысит эффективность государственного ветеринарного надзора в стране.

Разработчики законопроекта утверждают, что, принимая данный закон, будет достигнуто:

- ликвидация дублирования надзорных полномочий;

- создание четкой вертикали власти и единообразия действий при осуществлении государственного ветеринарного надзора.

При обсуждении проекта закона с руководителями ветеринарных служб субъектов большинство высказалось за сохранение регионального надзора. В связи с этим возникает вопрос: можно ли устранить дублирование надзорных полномочий и установить единообразие проверок без структурных и функциональных изменений в ветеринарной службе субъектов?

Существует практика, что при возникновении межведомственных противоречий стороны разрабатывают согласованные правила, устраняющие эти противоречия. В данном случае, почему бы не разработать «Порядок проведения надзора и взаимодействия между органами ветеринарного надзора государственных служб субъектов и Россельхознадзора»? А для достижения единообразия проведения проверок подготовить рекомендации, в которых определить необходимый набор требований при проверке поднадзорных объектов.

Эти документы утвердить в Правительстве Российской Федерации, придав им статус для обязательного исполнения.

Что касается «создания четкой вертикали власти», то она не просматривается, видимо, речь идет о монополии Россельхознадзора на осуществление государственного ветеринарного надзора.

Более того, сама функция не может создавать вертикаль власти.

Таким образом, принятие данного проекта Федерального закона может служить формальным основанием для снятия с контроля поручения Президента России В.В. Путина, но не обеспечит повышение эффективности работы ветеринарной службы.

В настоящее время для преодоления кризисных явлений в ветеринарной службе страны необходимо признать ошибки реформы 2004 года, целесообразно разработать новый Закон о ветеринарии, предусмотрев в нем создание государственной ветеринарной службы с учетом мирового и отечественного исторического опыта и современного экономического состояния России.

В М Авилов
Заслуженный ветеринарный врач Российской Федерации, доктор ветеринарных наук, член-корреспондент РАН, руководитель Департамента ветеринарии Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – Главный государственный ветеринарный инспектор Российской Федерации (1994-2000 г.г.)

Опубликовано с разрешения автора.

Array ( [ORIGINAL_PARAMETERS] => Array ( [IBLOCK_TYPE] => committees_news [IBLOCK_ID] => 117 [PROPERTY_CODE] => Array ( [0] => [1] => ) [META_KEYWORDS] => - [META_DESCRIPTION] => - [BROWSER_TITLE] => - [BASKET_URL] => /personal/basket.php [ACTION_VARIABLE] => action [PRODUCT_ID_VARIABLE] => id [SECTION_ID_VARIABLE] => SECTION_ID [PRODUCT_QUANTITY_VARIABLE] => quantity [PRODUCT_PROPS_VARIABLE] => prop [CACHE_TYPE] => A [CACHE_TIME] => 36000000 [CACHE_GROUPS] => Y [SET_TITLE] => Y [ADD_ELEMENT_CHAIN] => Y [SET_STATUS_404] => Y [PRICE_CODE] => Array ( ) [USE_PRICE_COUNT] => N [SHOW_PRICE_COUNT] => 1 [PRICE_VAT_INCLUDE] => Y [PRICE_VAT_SHOW_VALUE] => N [USE_PRODUCT_QUANTITY] => N [PRODUCT_PROPERTIES] => Array ( ) [LINK_IBLOCK_TYPE] => [LINK_IBLOCK_ID] => [LINK_PROPERTY_SID] => [LINK_ELEMENTS_URL] => link.php?PARENT_ELEMENT_ID=#ELEMENT_ID# [ADD_SECTIONS_CHAIN] => N [PARENT_SECTION_ID] => 5493 [REMOVE_BASE_SECTION] => Y [ACTIVE_DATE_FORMAT] => j F Y, G:i [OFFERS_CART_PROPERTIES] => [OFFERS_FIELD_CODE] => [OFFERS_PROPERTY_CODE] => [OFFERS_SORT_FIELD] => [OFFERS_SORT_ORDER] => [OFFERS_SORT_FIELD2] => [OFFERS_SORT_ORDER2] => [ELEMENT_ID] => 242256 [ELEMENT_CODE] => [SECTION_ID] => [SECTION_CODE] => [SECTION_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [DETAIL_URL] => /current-activity/cooperation/news/#ELEMENT_ID#/ [CONVERT_CURRENCY] => [CURRENCY_ID] => [HIDE_NOT_AVAILABLE] => [USE_ELEMENT_COUNTER] => Y [ADD_PICT_PROP] => [LABEL_PROP] => [SHOW_DISCOUNT_PERCENT] => N [OFFER_ADD_PICT_PROP] => [OFFER_TREE_PROPS] => [PRODUCT_SUBSCRIPTION] => [SHOW_OLD_PRICE] => [SHOW_MAX_QUANTITY] => [MESS_BTN_BUY] => [MESS_BTN_ADD_TO_BASKET] => [MESS_BTN_SUBSCRIBE] => [MESS_BTN_COMPARE] => [MESS_NOT_AVAILABLE] => [USE_VOTE_RATING] => [VOTE_DISPLAY_AS_RATING] => [USE_COMMENTS] => [BLOG_USE] => [VK_USE] => [VK_API_ID] => API_ID [FB_USE] => [FB_APP_ID] => [BRAND_USE] => N [BRAND_PROP_CODE] => [DISPLAY_NAME] => [ADD_DETAIL_TO_SLIDER] => [TEMPLATE_THEME] => [RESIZE_DETAIL_PICT] => Y [DETAIL_PICT_W] => 300 [DETAIL_PICT_H] => [DETAIL_PICT_RES_TYPE] => BX_RESIZE_IMAGE_PROPORTIONAL [PRODUCT_DISPLAY_MODE] => Y [CURRENT_BASE_PAGE] => /current-activity/cooperation/news/242256/ [PARENT_NAME] => bitrix:catalog [PARENT_TEMPLATE_NAME] => materials [PARENT_TEMPLATE_PAGE] => element ) [USE_CATALOG_BUTTONS] => Array ( ) [~BUY_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=BUY&id=#ID# [~ADD_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD2BASKET&id=#ID# [~SUBSCRIBE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=SUBSCRIBE_PRODUCT&id=#ID# [~COMPARE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD_TO_COMPARE_LIST&id=#ID# [~COMPARE_DELETE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=DELETE_FROM_COMPARE_LIST&id=#ID# [BUY_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=BUY&id=#ID# [ADD_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD2BASKET&id=#ID# [SUBSCRIBE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=SUBSCRIBE_PRODUCT&id=#ID# [COMPARE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD_TO_COMPARE_LIST&id=#ID# [COMPARE_DELETE_URL_TEMPLATE] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=DELETE_FROM_COMPARE_LIST&id=#ID# [CONVERT_CURRENCY] => Array ( ) [CATALOGS] => Array ( ) [MODULES] => Array ( [iblock] => 1 [catalog] => [currency] => [workflow] => ) [PRICES_ALLOW] => Array ( ) [CATALOG] => [CAT_PRICES] => Array ( ) [PRICES] => Array ( ) [PRICE_MATRIX] => [MIN_PRICE] => [ID] => 242256 [~ID] => 242256 [IBLOCK_ID] => 117 [~IBLOCK_ID] => 117 [CODE] => [~CODE] => [XML_ID] => 242256 [~XML_ID] => 242256 [NAME] => Пора прекратить эксперименты с ветеринарной службой. [~NAME] => Пора прекратить эксперименты с ветеринарной службой. [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [DATE_ACTIVE_FROM] => 19.07.2019 09:37:50 [~DATE_ACTIVE_FROM] => 19.07.2019 09:37:50 [DATE_ACTIVE_TO] => [~DATE_ACTIVE_TO] => [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => html [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html [DETAIL_TEXT] =>

Сложившаяся обстановка на сегодняшний день свидетельствует о глубоком кризисе в организации ветеринарного обслуживания животноводства страны.

Это подтверждается заносом извне и широким распространением таких массовых болезней, как африканская чума свиней, нодулярный дерматит, грипп птиц, оспа овец, блутанг и т.д. Только африканская чума свиней, по данным Россельхознадзора, нанесла ущерб более 5 млрд. рублей.

Одной из основных причин такого положения является несовершенство созданной в России структуры государственной ветеринарной службы.

В связи с этим Президент России В.В. Путин в марте 2018 года дал поручение принять меры по совершенствованию ветеринарного дела в стране.

В мировой практике сложилось несколько принципиальных подходов к организации структуры государственной ветеринарной службы.

Один из них - это создание надзорного органа государственной ветеринарной службы, который осуществляет только надзор за выполнением законодательных актов в области ветеринарии, но не отвечает за организацию и проведение мероприятий по профилактике и ликвидации болезней животных, их лечение, охрану населения от болезней, общих для человека и животных. При этом ответственность за состояние ветеринарного обслуживания возлагается на руководство административных территорий и владельцев животных.

Такой принцип организации государственной ветеринарной службы, вероятно, приемлем для государств с устойчивым ростом экономики, самодостаточными в финансовом плане административными территориями, обеспеченными профессионально подготовленными кадрами для ведения животноводства.

Другой принцип организации государственной ветеринарной службы заключается в создании единого органа и вертикали управления ветеринарной службы на всех уровнях административного деления.

Главной задачей такой службы (в отличие от надзорной) является постоянное совершенствование ветеринарного дела в стране, организация и осуществление мер по профилактике и ликвидации массовых болезней животных, охрана населения от болезней, общих для человека и животных, оказание постоянной помощи фермерам в сохранении поголовья скота, повышении продуктивности, в производстве безопасных продуктов животноводства.

Руководители ветеринарных служб на всех уровнях административного деления несут ответственность за состояние ветеринарного обслуживания.

Именно такая структура организации государственной ветеринарной службы существовала в России с 1868 года до начала реформы (2002 – 2004 годы) и обеспечивала ликвидацию многих массовых болезней животных в стране.

После распада СССР «Закон о ветеринарии» 1993 года в целом сохранил эту структуру, благодаря чему даже в «лихие 90-е годы» практически не было заноса массовых болезней животных на территорию страны, и ежегодно сокращалось количество неблагополучных пунктов по хроническим болезням животных.

Несмотря на это, в 2002 году Министерство сельского хозяйства, вероятно, по рекомендации зарубежных советников, проявило инициативу и приступило к реформированию государственной ветеринарной службы. Был подготовлен проект постановления Правительства с просьбой о безвозмездной передаче федеральной собственности государственной ветеринарной службы в собственность субъектов Российской Федерации.

Правительство отклонило эту просьбу, так как она противоречит существующему законодательству и, вообще, вопрос о передаче собственности находится в компетенции Министерства имущества.

Тем не менее, передача состоялась, в результате, в соответствии с Законом о федеральном бюджете финансирование государственных учреждений ветеринарии из федерального бюджета было прекращено.

Это явилось ключевым моментом в разрушении существовавшей структуры государственной ветеринарной службы, так как была разрушена вертикаль ее управления.

В дальнейшем, в ходе реформы 2004 года вместо единого органа управления на федеральном уровне были созданы два, не подчиненные и дублирующие друг друга - Департамент ветеринарии Минсельхоза России и Россельхознадзор, а на уровне субъектов - управления ветеринарии и территориальные органы Россельхознадзора.

В результате реформы в стране были организованы две государственные службы, не подчиненные между собой.

В крайне сложном положении оказалась государственная ветеринарная служба субъектов, на которую возложена основная работа по организации выполнения ветеринарного законодательства. Ее финансирование, особенно в дотационных субъектах, в большинстве случаев осуществляется по остаточному принципу, что сказывается на уровне заработной платы специалистов, обеспечении транспортом, оргтехникой и в приобретении дорогостоящего лабораторного оборудования.

Нередко структура ветеринарных учреждений службы подвергается необоснованным сокращениям и реформированию.

Катастрофой для эффективной работы службы стало изъятие у руководителей ветеринарных служб районов функции главного государственного ветеринарного инспектора. Эта функция давала право беспрепятственно посещать поднадзорные объекты и давать обязательные для исполнения указания, при этом на него возлагалась полная ответственность за состояние ветеринарного обслуживания в районе.

В результате государство потеряло ветеринарный контроль на территориях, где размещены животноводческие хозяйства, предприятия по убою и переработке животноводческой продукции, ее хранению, перемещению и реализации.

Ликвидация единого органа и вертикали управления создала условия для разобщенности и невозможности принятия скоординированных мер по улучшению ветеринарно-санитарного состояния территорий. Не располагая централизованной информацией о научных достижениях и передовом опыте, региональные ветслужбы, практически, «варятся в собственном соку».

В более выгодном положении оказался Россельхознадзор, которому при формировании были предоставлены широкие права для надзора за объектами на всей территории страны, в его ведение были переданы лучшие ветеринарные лаборатории субъектов. Служба получает стабильное финансирование из федерального бюджета, позволяющее осуществлять капитальное строительство и ремонт, оснащать территориальные органы и подведомственные учреждения дорогостоящим оборудованием.

Однако, как показывает обстановка, ряд полномочий, возложенных на эту службу, выполняется далеко «не идеально», особенно это касается полномочий по охране страны от заноса массовых болезней извне. В результате, помимо огромного материального ущерба, поставлено под угрозу дальнейшее развитие экспорта животноводческой продукции.

Все это требует, учитывая поручение Президента страны, глубокого изучения причин, приведших к кризисному состоянию ветеринарной службы.

В настоящее время в соответствии с поручением Президента Правительство внесло на рассмотрение Государственной Думы проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам совершенствования осуществления федерального государственного надзора».

При анализе содержания пояснительной записки к этому законопроекту не представилось установить ни одного весомого аргумента для обоснования предложения ликвидации функции регионального государственного ветеринарного надзора и передачи ее в полном объеме в органы Россельхознадзора.

Так, в 1-м пункте пояснительной записки говорится, что «совмещение функции по оказанию платных услуг негативно сказывается на объективность результатов контрольно-надзорной деятельности».

Региональный государственный ветеринарный надзор в субъектах осуществляется на бесплатной основе инспекторами, которые находятся в прямом подчинении руководителя ветеринарной службы – главного государственного ветеринарного инспектора региона. Платные услуги в установленном порядке оказываются государственными учреждениями ветеринарии субъектов Российской Федерации, не имеющими никакого отношения к работе ветеринарных инспекторов.

Аналогичная ситуация и в Россельхознадзоре, где надзор осуществляется на бесплатной основе инспекторами, а платные услуги оказываются подведомственными Россельхознадзору учреждениями.

Возникает вопрос: почему Россельхознадзору можно совмещать надзор и платные услуги, а государственной ветеринарной службе субъектов нельзя?

В вышеуказанном пункте выдвигаются обвинения в сокрытии фактов очагов болезней. Такие факты имеют место, но, как правило, это происходит по вине владельцев животных, которые не сообщают о появлении болезни из-за боязни привлечения к ответственности или неполучения компенсации за уничтоженных животных. Но ведь прокурору не предъявляют обвинения в том, что имеются случаи хулиганства, воровства, казнокрадства и т.д., так почему за преступное сокрытие владельцами животных случаев болезней обвиняют ветеринарную службу?

Эти доводы не могут служить основанием для ликвидации регионального государственного ветеринарного надзора.

Во 2-м пункте записки названы объективные причины низкой эффективности деятельности государственной ветеринарной службы в субъектах:

- отсутствие централизованного контроля и единого регулирования их деятельности;

- отсутствие единообразия нормативно-правовых актов субъектов;

- уровень финансирования,

- разобщенность государственных ветеринарных служб в субъектах Федерации;

- невозможность координации мер по предотвращению распространения заразных болезней,

- деградация инфраструктуры ветеринарной службы и т.д.

Эти материалы в представленной записке о функциональном состоянии государственных ветеринарных служб в субъектах убедительно подтверждают несостоятельность и непродуманность проведенной реформы в 2004 году.

Такое состояние служб негативно сказывается на выполнении не только надзорных функций, но и других полномочий. В связи с этим точечное реформирование путем передачи отдельных функций от одной службы к другой не повысит эффективность ветеринарного обслуживания.

В 3-м пункте пояснительной записки отмечается, что «в ряде субъектов РФ, уполномоченные в области ветеринарии органы исполнительной власти субъектов лишены самостоятельности и входят в состав иных органов исполнительной власти субъектов, в связи, с чем ветеринарные службы не располагают независимостью в том объеме, который необходим».

Безусловно, этот факт влияет на эффективность работы ветеринарной службы, так как статус представителя администрации субъекта значительно расширяет возможность службы при исполнении своих полномочий.

К сожалению, порядок формирования структуры ветслужбы и ее управления в субъектах определен реформой 2004 года. Высшие исполнительные органы субъектов Российской Федерации имеют право единолично формировать структуру ветеринарных учреждений и порядок управления ими. То есть, срабатывает принцип «кто платит деньги, тот и музыку заказывает».

Ликвидация регионального государственного ветеринарного надзора не изменит порядок руководства ветеринарной службой субъектов и приведет к значительному снижению эффективности ее работы.

Проектом предусмотрено сокращение 1670 ветеринарных инспекторов государственной ветеринарной службы субъектов с увеличением штатной численности Россельхознадзора всего на 319 единиц, т.е. менее, чем 4 единицы на субъект.

Вызывает большое сомнение, что эта мера повысит эффективность государственного ветеринарного надзора в стране.

Разработчики законопроекта утверждают, что, принимая данный закон, будет достигнуто:

- ликвидация дублирования надзорных полномочий;

- создание четкой вертикали власти и единообразия действий при осуществлении государственного ветеринарного надзора.

При обсуждении проекта закона с руководителями ветеринарных служб субъектов большинство высказалось за сохранение регионального надзора. В связи с этим возникает вопрос: можно ли устранить дублирование надзорных полномочий и установить единообразие проверок без структурных и функциональных изменений в ветеринарной службе субъектов?

Существует практика, что при возникновении межведомственных противоречий стороны разрабатывают согласованные правила, устраняющие эти противоречия. В данном случае, почему бы не разработать «Порядок проведения надзора и взаимодействия между органами ветеринарного надзора государственных служб субъектов и Россельхознадзора»? А для достижения единообразия проведения проверок подготовить рекомендации, в которых определить необходимый набор требований при проверке поднадзорных объектов.

Эти документы утвердить в Правительстве Российской Федерации, придав им статус для обязательного исполнения.

Что касается «создания четкой вертикали власти», то она не просматривается, видимо, речь идет о монополии Россельхознадзора на осуществление государственного ветеринарного надзора.

Более того, сама функция не может создавать вертикаль власти.

Таким образом, принятие данного проекта Федерального закона может служить формальным основанием для снятия с контроля поручения Президента России В.В. Путина, но не обеспечит повышение эффективности работы ветеринарной службы.

В настоящее время для преодоления кризисных явлений в ветеринарной службе страны необходимо признать ошибки реформы 2004 года, целесообразно разработать новый Закон о ветеринарии, предусмотрев в нем создание государственной ветеринарной службы с учетом мирового и отечественного исторического опыта и современного экономического состояния России.

В М Авилов
Заслуженный ветеринарный врач Российской Федерации, доктор ветеринарных наук, член-корреспондент РАН, руководитель Департамента ветеринарии Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – Главный государственный ветеринарный инспектор Российской Федерации (1994-2000 г.г.)

Опубликовано с разрешения автора.

[~DETAIL_TEXT] =>

Сложившаяся обстановка на сегодняшний день свидетельствует о глубоком кризисе в организации ветеринарного обслуживания животноводства страны.

Это подтверждается заносом извне и широким распространением таких массовых болезней, как африканская чума свиней, нодулярный дерматит, грипп птиц, оспа овец, блутанг и т.д. Только африканская чума свиней, по данным Россельхознадзора, нанесла ущерб более 5 млрд. рублей.

Одной из основных причин такого положения является несовершенство созданной в России структуры государственной ветеринарной службы.

В связи с этим Президент России В.В. Путин в марте 2018 года дал поручение принять меры по совершенствованию ветеринарного дела в стране.

В мировой практике сложилось несколько принципиальных подходов к организации структуры государственной ветеринарной службы.

Один из них - это создание надзорного органа государственной ветеринарной службы, который осуществляет только надзор за выполнением законодательных актов в области ветеринарии, но не отвечает за организацию и проведение мероприятий по профилактике и ликвидации болезней животных, их лечение, охрану населения от болезней, общих для человека и животных. При этом ответственность за состояние ветеринарного обслуживания возлагается на руководство административных территорий и владельцев животных.

Такой принцип организации государственной ветеринарной службы, вероятно, приемлем для государств с устойчивым ростом экономики, самодостаточными в финансовом плане административными территориями, обеспеченными профессионально подготовленными кадрами для ведения животноводства.

Другой принцип организации государственной ветеринарной службы заключается в создании единого органа и вертикали управления ветеринарной службы на всех уровнях административного деления.

Главной задачей такой службы (в отличие от надзорной) является постоянное совершенствование ветеринарного дела в стране, организация и осуществление мер по профилактике и ликвидации массовых болезней животных, охрана населения от болезней, общих для человека и животных, оказание постоянной помощи фермерам в сохранении поголовья скота, повышении продуктивности, в производстве безопасных продуктов животноводства.

Руководители ветеринарных служб на всех уровнях административного деления несут ответственность за состояние ветеринарного обслуживания.

Именно такая структура организации государственной ветеринарной службы существовала в России с 1868 года до начала реформы (2002 – 2004 годы) и обеспечивала ликвидацию многих массовых болезней животных в стране.

После распада СССР «Закон о ветеринарии» 1993 года в целом сохранил эту структуру, благодаря чему даже в «лихие 90-е годы» практически не было заноса массовых болезней животных на территорию страны, и ежегодно сокращалось количество неблагополучных пунктов по хроническим болезням животных.

Несмотря на это, в 2002 году Министерство сельского хозяйства, вероятно, по рекомендации зарубежных советников, проявило инициативу и приступило к реформированию государственной ветеринарной службы. Был подготовлен проект постановления Правительства с просьбой о безвозмездной передаче федеральной собственности государственной ветеринарной службы в собственность субъектов Российской Федерации.

Правительство отклонило эту просьбу, так как она противоречит существующему законодательству и, вообще, вопрос о передаче собственности находится в компетенции Министерства имущества.

Тем не менее, передача состоялась, в результате, в соответствии с Законом о федеральном бюджете финансирование государственных учреждений ветеринарии из федерального бюджета было прекращено.

Это явилось ключевым моментом в разрушении существовавшей структуры государственной ветеринарной службы, так как была разрушена вертикаль ее управления.

В дальнейшем, в ходе реформы 2004 года вместо единого органа управления на федеральном уровне были созданы два, не подчиненные и дублирующие друг друга - Департамент ветеринарии Минсельхоза России и Россельхознадзор, а на уровне субъектов - управления ветеринарии и территориальные органы Россельхознадзора.

В результате реформы в стране были организованы две государственные службы, не подчиненные между собой.

В крайне сложном положении оказалась государственная ветеринарная служба субъектов, на которую возложена основная работа по организации выполнения ветеринарного законодательства. Ее финансирование, особенно в дотационных субъектах, в большинстве случаев осуществляется по остаточному принципу, что сказывается на уровне заработной платы специалистов, обеспечении транспортом, оргтехникой и в приобретении дорогостоящего лабораторного оборудования.

Нередко структура ветеринарных учреждений службы подвергается необоснованным сокращениям и реформированию.

Катастрофой для эффективной работы службы стало изъятие у руководителей ветеринарных служб районов функции главного государственного ветеринарного инспектора. Эта функция давала право беспрепятственно посещать поднадзорные объекты и давать обязательные для исполнения указания, при этом на него возлагалась полная ответственность за состояние ветеринарного обслуживания в районе.

В результате государство потеряло ветеринарный контроль на территориях, где размещены животноводческие хозяйства, предприятия по убою и переработке животноводческой продукции, ее хранению, перемещению и реализации.

Ликвидация единого органа и вертикали управления создала условия для разобщенности и невозможности принятия скоординированных мер по улучшению ветеринарно-санитарного состояния территорий. Не располагая централизованной информацией о научных достижениях и передовом опыте, региональные ветслужбы, практически, «варятся в собственном соку».

В более выгодном положении оказался Россельхознадзор, которому при формировании были предоставлены широкие права для надзора за объектами на всей территории страны, в его ведение были переданы лучшие ветеринарные лаборатории субъектов. Служба получает стабильное финансирование из федерального бюджета, позволяющее осуществлять капитальное строительство и ремонт, оснащать территориальные органы и подведомственные учреждения дорогостоящим оборудованием.

Однако, как показывает обстановка, ряд полномочий, возложенных на эту службу, выполняется далеко «не идеально», особенно это касается полномочий по охране страны от заноса массовых болезней извне. В результате, помимо огромного материального ущерба, поставлено под угрозу дальнейшее развитие экспорта животноводческой продукции.

Все это требует, учитывая поручение Президента страны, глубокого изучения причин, приведших к кризисному состоянию ветеринарной службы.

В настоящее время в соответствии с поручением Президента Правительство внесло на рассмотрение Государственной Думы проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам совершенствования осуществления федерального государственного надзора».

При анализе содержания пояснительной записки к этому законопроекту не представилось установить ни одного весомого аргумента для обоснования предложения ликвидации функции регионального государственного ветеринарного надзора и передачи ее в полном объеме в органы Россельхознадзора.

Так, в 1-м пункте пояснительной записки говорится, что «совмещение функции по оказанию платных услуг негативно сказывается на объективность результатов контрольно-надзорной деятельности».

Региональный государственный ветеринарный надзор в субъектах осуществляется на бесплатной основе инспекторами, которые находятся в прямом подчинении руководителя ветеринарной службы – главного государственного ветеринарного инспектора региона. Платные услуги в установленном порядке оказываются государственными учреждениями ветеринарии субъектов Российской Федерации, не имеющими никакого отношения к работе ветеринарных инспекторов.

Аналогичная ситуация и в Россельхознадзоре, где надзор осуществляется на бесплатной основе инспекторами, а платные услуги оказываются подведомственными Россельхознадзору учреждениями.

Возникает вопрос: почему Россельхознадзору можно совмещать надзор и платные услуги, а государственной ветеринарной службе субъектов нельзя?

В вышеуказанном пункте выдвигаются обвинения в сокрытии фактов очагов болезней. Такие факты имеют место, но, как правило, это происходит по вине владельцев животных, которые не сообщают о появлении болезни из-за боязни привлечения к ответственности или неполучения компенсации за уничтоженных животных. Но ведь прокурору не предъявляют обвинения в том, что имеются случаи хулиганства, воровства, казнокрадства и т.д., так почему за преступное сокрытие владельцами животных случаев болезней обвиняют ветеринарную службу?

Эти доводы не могут служить основанием для ликвидации регионального государственного ветеринарного надзора.

Во 2-м пункте записки названы объективные причины низкой эффективности деятельности государственной ветеринарной службы в субъектах:

- отсутствие централизованного контроля и единого регулирования их деятельности;

- отсутствие единообразия нормативно-правовых актов субъектов;

- уровень финансирования,

- разобщенность государственных ветеринарных служб в субъектах Федерации;

- невозможность координации мер по предотвращению распространения заразных болезней,

- деградация инфраструктуры ветеринарной службы и т.д.

Эти материалы в представленной записке о функциональном состоянии государственных ветеринарных служб в субъектах убедительно подтверждают несостоятельность и непродуманность проведенной реформы в 2004 году.

Такое состояние служб негативно сказывается на выполнении не только надзорных функций, но и других полномочий. В связи с этим точечное реформирование путем передачи отдельных функций от одной службы к другой не повысит эффективность ветеринарного обслуживания.

В 3-м пункте пояснительной записки отмечается, что «в ряде субъектов РФ, уполномоченные в области ветеринарии органы исполнительной власти субъектов лишены самостоятельности и входят в состав иных органов исполнительной власти субъектов, в связи, с чем ветеринарные службы не располагают независимостью в том объеме, который необходим».

Безусловно, этот факт влияет на эффективность работы ветеринарной службы, так как статус представителя администрации субъекта значительно расширяет возможность службы при исполнении своих полномочий.

К сожалению, порядок формирования структуры ветслужбы и ее управления в субъектах определен реформой 2004 года. Высшие исполнительные органы субъектов Российской Федерации имеют право единолично формировать структуру ветеринарных учреждений и порядок управления ими. То есть, срабатывает принцип «кто платит деньги, тот и музыку заказывает».

Ликвидация регионального государственного ветеринарного надзора не изменит порядок руководства ветеринарной службой субъектов и приведет к значительному снижению эффективности ее работы.

Проектом предусмотрено сокращение 1670 ветеринарных инспекторов государственной ветеринарной службы субъектов с увеличением штатной численности Россельхознадзора всего на 319 единиц, т.е. менее, чем 4 единицы на субъект.

Вызывает большое сомнение, что эта мера повысит эффективность государственного ветеринарного надзора в стране.

Разработчики законопроекта утверждают, что, принимая данный закон, будет достигнуто:

- ликвидация дублирования надзорных полномочий;

- создание четкой вертикали власти и единообразия действий при осуществлении государственного ветеринарного надзора.

При обсуждении проекта закона с руководителями ветеринарных служб субъектов большинство высказалось за сохранение регионального надзора. В связи с этим возникает вопрос: можно ли устранить дублирование надзорных полномочий и установить единообразие проверок без структурных и функциональных изменений в ветеринарной службе субъектов?

Существует практика, что при возникновении межведомственных противоречий стороны разрабатывают согласованные правила, устраняющие эти противоречия. В данном случае, почему бы не разработать «Порядок проведения надзора и взаимодействия между органами ветеринарного надзора государственных служб субъектов и Россельхознадзора»? А для достижения единообразия проведения проверок подготовить рекомендации, в которых определить необходимый набор требований при проверке поднадзорных объектов.

Эти документы утвердить в Правительстве Российской Федерации, придав им статус для обязательного исполнения.

Что касается «создания четкой вертикали власти», то она не просматривается, видимо, речь идет о монополии Россельхознадзора на осуществление государственного ветеринарного надзора.

Более того, сама функция не может создавать вертикаль власти.

Таким образом, принятие данного проекта Федерального закона может служить формальным основанием для снятия с контроля поручения Президента России В.В. Путина, но не обеспечит повышение эффективности работы ветеринарной службы.

В настоящее время для преодоления кризисных явлений в ветеринарной службе страны необходимо признать ошибки реформы 2004 года, целесообразно разработать новый Закон о ветеринарии, предусмотрев в нем создание государственной ветеринарной службы с учетом мирового и отечественного исторического опыта и современного экономического состояния России.

В М Авилов
Заслуженный ветеринарный врач Российской Федерации, доктор ветеринарных наук, член-корреспондент РАН, руководитель Департамента ветеринарии Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – Главный государственный ветеринарный инспектор Российской Федерации (1994-2000 г.г.)

Опубликовано с разрешения автора.

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [DATE_CREATE] => 19.07.2019 09:41:32 [~DATE_CREATE] => 19.07.2019 09:41:32 [CREATED_BY] => 350 [~CREATED_BY] => 350 [TAGS] => [~TAGS] => [TIMESTAMP_X] => 19.07.2019 10:34:56 [~TIMESTAMP_X] => 19.07.2019 10:34:56 [MODIFIED_BY] => 350 [~MODIFIED_BY] => 350 [IBLOCK_SECTION_ID] => 5493 [~IBLOCK_SECTION_ID] => 5493 [DETAIL_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/ [DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LIST_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [~LIST_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [EXTERNAL_ID] => 242256 [~EXTERNAL_ID] => 242256 [IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [~IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [IBLOCK_CODE] => [~IBLOCK_CODE] => [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [LID] => s1 [~LID] => s1 [ACTIVE_FROM] => 19.07.2019 09:37:50 [ACTIVE_TO] => [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [PRODUCT] => Array ( [TYPE] => [AVAILABLE] => [MEASURE] => [VAT_ID] => [VAT_RATE] => [VAT_INCLUDED] => [QUANTITY] => [QUANTITY_TRACE] => [CAN_BUY_ZERO] => [SUBSCRIPTION] => [BUNDLE] => ) [PROPERTIES] => Array ( [COMMON_NEWS] => Array ( [ID] => 1578 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Выводить в общих новостях? [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => COMMON_NEWS [DEFAULT_VALUE] => 0 [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => SASDCheckboxNum [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => Array ( [0] => Нет [1] => Да ) ) [HINT] => [~NAME] => Выводить в общих новостях? [~DEFAULT_VALUE] => 0 [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => 0 [PROPERTY_VALUE_ID] => 576466 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0 [~DESCRIPTION] => ) [MAIN_DISPLAY] => Array ( [ID] => 1579 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Выводить на главной в слайдере? [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => MAIN_DISPLAY [DEFAULT_VALUE] => 0 [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => SASDCheckboxNum [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => Array ( [0] => Нет [1] => Да ) ) [HINT] => [~NAME] => Выводить на главной в слайдере? [~DEFAULT_VALUE] => 0 [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => 0 [PROPERTY_VALUE_ID] => 576467 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0 [~DESCRIPTION] => ) [DOP_PHOTO] => Array ( [ID] => 1765 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Дополнительные фотографии [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => DOP_PHOTO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => Y [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [~NAME] => Дополнительные фотографии [~DEFAULT_VALUE] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => Array ( [0] => 335132 ) [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 576474 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~VALUE] => Array ( [0] => 335132 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) ) [NEWS_VIDEO] => Array ( [ID] => 1766 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => NEWS_VIDEO [DEFAULT_VALUE] => Array ( ) [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => video [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [BUFFER_LENGTH] => 10 [CONTROLBAR] => bottom [AUTOSTART] => N [VOLUME] => 90 [SKIN] => [FLASHVARS] => [WMODE_FLV] => transparent [BGCOLOR] => FFFFFF [COLOR] => 000000 [OVER_COLOR] => 000000 [SCREEN_COLOR] => 000000 [SILVERVARS] => [WMODE_WMV] => windowless [WIDTH] => 400 [HEIGHT] => 300 ) [HINT] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => Array ( ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [~VALUE] => ) [NEWS_DOC] => Array ( [ID] => 1767 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Документы [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => NEWS_DOC [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [~NAME] => Документы [~DEFAULT_VALUE] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [~VALUE] => ) [HIGHLIGHT] => Array ( [ID] => 1845 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Выделить новость как ЧМ 2018? [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => HIGHLIGHT [DEFAULT_VALUE] => 0 [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => SASDCheckboxNum [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => Array ( [0] => Нет [1] => Да ) ) [HINT] => [~NAME] => Выделить новость как ЧМ 2018? [~DEFAULT_VALUE] => 0 [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => 0 [PROPERTY_VALUE_ID] => 576469 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0 [~DESCRIPTION] => ) [COLOR_TITLE] => Array ( [ID] => 1846 [IBLOCK_ID] => 117 [NAME] => Цвет заголовка ЧМ 2018 [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => COLOR_TITLE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => SASDPalette [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [~NAME] => Цвет заголовка ЧМ 2018 [~DEFAULT_VALUE] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [~VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( ) [PRODUCT_PROPERTIES] => Array ( ) [PRODUCT_PROPERTIES_FILL] => Array ( ) [OFFERS] => Array ( ) [OFFER_ID_SELECTED] => 0 [ITEM_PRICE_MODE] => [ITEM_PRICES] => Array ( ) [ITEM_QUANTITY_RANGES] => [ITEM_MEASURE_RATIOS] => [ITEM_MEASURE] => Array ( ) [ITEM_MEASURE_RATIO_SELECTED] => [ITEM_QUANTITY_RANGE_SELECTED] => [ITEM_PRICE_SELECTED] => [CAN_BUY] => [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [BACKGROUND_IMAGE] => [MORE_PHOTO] => Array ( ) [LINKED_ELEMENTS] => Array ( ) [SECTION] => Array ( [ID] => 5493 [~ID] => 5493 [MODIFIED_BY] => 27 [~MODIFIED_BY] => 27 [CREATED_BY] => 27 [~CREATED_BY] => 27 [IBLOCK_ID] => 117 [~IBLOCK_ID] => 117 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [GLOBAL_ACTIVE] => Y [~GLOBAL_ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [NAME] => Комитет ветеринарии Волгоградской области [~NAME] => Комитет ветеринарии Волгоградской области [PICTURE] => [~PICTURE] => [LEFT_MARGIN] => 11 [~LEFT_MARGIN] => 11 [RIGHT_MARGIN] => 12 [~RIGHT_MARGIN] => 12 [DEPTH_LEVEL] => 1 [~DEPTH_LEVEL] => 1 [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [DESCRIPTION_TYPE] => text [~DESCRIPTION_TYPE] => text [CODE] => [~CODE] => [XML_ID] => [~XML_ID] => [TMP_ID] => [~TMP_ID] => [DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [LIST_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [~LIST_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [SECTION_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [~SECTION_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [~IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [IBLOCK_CODE] => [~IBLOCK_CODE] => [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [EXTERNAL_ID] => [~EXTERNAL_ID] => [PATH] => Array ( [0] => Array ( [ID] => 5493 [~ID] => 5493 [CODE] => [~CODE] => [XML_ID] => [~XML_ID] => [EXTERNAL_ID] => [~EXTERNAL_ID] => [IBLOCK_ID] => 117 [~IBLOCK_ID] => 117 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [NAME] => Комитет ветеринарии Волгоградской области [~NAME] => Комитет ветеринарии Волгоградской области [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [DEPTH_LEVEL] => 1 [~DEPTH_LEVEL] => 1 [SECTION_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [~SECTION_PAGE_URL] => /current-activity/cooperation/news/ [IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [~IBLOCK_TYPE_ID] => committees_news [IBLOCK_CODE] => [~IBLOCK_CODE] => [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [GLOBAL_ACTIVE] => Y [~GLOBAL_ACTIVE] => Y ) ) ) [~BUY_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=BUY&id=242256 [BUY_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=BUY&id=242256 [~ADD_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD2BASKET&id=242256 [ADD_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=ADD2BASKET&id=242256 [~SUBSCRIBE_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=SUBSCRIBE_PRODUCT&id=242256 [SUBSCRIBE_URL] => /current-activity/cooperation/news/242256/index.php?action=SUBSCRIBE_PRODUCT&id=242256 [CATALOG_MEASURE_NAME] => [~CATALOG_MEASURE_NAME] => [CATALOG_MEASURE_RATIO] => [META_TAGS] => Array ( [TITLE] => Пора прекратить эксперименты с ветеринарной службой. [ELEMENT_CHAIN] => Пора прекратить эксперименты с ветеринарной службой. [BROWSER_TITLE] => [KEYWORDS] => [DESCRIPTION] => ) [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 19 Июля 2019, 9:37 [PATH] => Array ( ) )
Поделиться: